“Через несколько месяцев наши военные переступили барьер – научились убивать”, – экс-замглавы АП Андрей Сенченко об оккупации Крыма

0














Военные лгут, когда говорят, что ждали приказа в Крыму, Кличко хотел делить портфели, а не защищать полуостров от россиян, местные депутаты готовы были торговаться с киевской властью – такие мысли высказал в интервью “Цензор.НЕТ” бывший замглавы АП Андрей Сенченко. Также рассказал, как вел переговоры с Александром Януковичем и заявил, что президент не собирается создавать крымскотатарскую автономию.

Андрей Сенченко – известный крымский бизнесмен, в 90-х был вице-премьером, трижды избирался депутатом Верховной Рады, до сих пор возглавляет Крымскую республиканскую организацию ВО “Батькивщина”. В первые дни оккупации, а именно 26 февраля 2014 года, отправился на полуостров. Позже вел переговоры о фактически первом обмене в российско-украинской войне. В марте 2014-го был назначен и. о. главы Администрации Президента.

В канун четвертой годовщины начала оккупации полуострова Ирина Ромалийская задала Андрею Сенченко множество вопросов. Разговор вышел долгим. Поэтому интервью разбили на две части. Сегодня читайте первую.

– Я работал в Крыму вице-премьером в трех правительствах в очень тяжелые годы. И знаю ситуацию там. Смотрите, военных сил для сопротивления в Крыму у нас реальных не было, это очевидно. Наши военные по прошествии четырех лет рассказывают, что они ждали некой команды и готовы были ее выполнить – это ложь. Ключевая проблема была скорее на психологическом уровне. Вот вам пример Севастополя: строится дом, президенты Путин и Кучма разрезают ленточку, и на одной лестничной клетке живут командир российского и командир украинского корабля. Друг к другу ходят чай пить, дети вместе в школу ходят. И в определенный момент времени нужно достать оружие и застрелить человека, который живет напротив. Он – враг. Насколько это просто?

– Если украинскому офицеру нужно открыть дверь квартиры русского офицера и застрелить, конечно, не просто…

– Ну, я образно говорю.

–​​​​​​​ …а если русский офицер вышел и направил оружие на украинского…

– А там не так было! Они же блокировали воинские части так: впереди неадекватных бабушек выставляли, гражданских лиц, это технология. Но ключевая проблема была – психологическая. Через несколько месяцев наши военные переступили через этот барьер – они научились убивать.

–​​​​​​​ А может военные не переступили барьер, а просто им начали поступать приказы? Сейчас проходит суд по госизмене Виктора Януковича, там свидетельствуют многие военные. Послушав их, я пришла к выводу, что те, кто занимает сейчас или занимали тогда должности политические, они говорят, что приказ из Киева защищать себя от оккупантов все же был. А вот те военные, кто поменьше должности занимают, говорят, что не было введено военное положение, что открывать огонь в таком случае могли только при письменном приказе, что при открытии огня, возможно, задели бы гражданских людей и жилые кварталы и так далее.

– В конечном итоге пришлось все это делать, потому что на этой войне враг активно использовал гражданских людей. И в боевых действиях, и в разного рода провокациях. Я смотрел эти показания. И хочу сказать: в конечном итоге команду “Стрелять” там внизу должны были отдавать младшие командиры.

–​​​​​​​ Перекладывание ответственности на младший командный состав?

– А как иначе? Я был в кабинете Турчинова, когда там был Тенюх (Игорь Тенюх, с конца февраля 2014 был и. о. министра обороны Украины, – ред.). Турчинова соединили с Керчью, по-моему, с командиром или замкомандира батальона морской пехоты. И Турчинов ему говорит: “Почему вы не стреляете?” Тот мямлит: “А вот приказа нет…”. Турчинов ему: “Я вам отдаю приказ. Вы обязаны! И у вас помимо всего прочего есть устав караульной службы, сегодня вооруженные люди уже в зоне постов находятся! Почему вы не стреляете?!” А собеседник ему говорит, что нужно еще такой приказ, сякой, что этот приказ он исполнять не будет…

–​​​​​​​ Вы эту историю рассказывали на суде по Януковичу, когда давали показания. Я ее пересказывала военным, они говорят: “Устный приказ – не является приказом, нужен письменный”. Письменный приказ, соответствующий форме, был?

– Я не служил в военном ведомстве, и моя фамилия не Турчинов. Это вы у него уточняйте. Но помимо всего прочего, повторяю, есть устав караульной службы. Расскажу вам историю: в штаб Военно-морских сил Украины вламывается российский спецназ, сносят ворота военной машиной и задерживают Гайдука (Сергей Гайдук, вице-адмирал, тогда был Командующим ВМС, был захвачен россиянами 19 марта 2014 года, – ред.). По уставу были все основания для применения оружия! Никто не выстрелил.

–​​​​​​​ Об освобождении Гайдука мы еще поговорим. Давайте вернемся к вопросу о том, что нужно было сделать в Крыму.

– Мы должны были, во-первых, сменить гражданскую власть. Потому что Константинова (Владимир Константинов, на тот момент был председателем Верховного Совета АРК, член “Партии регионов”. После оккупации возглавил так называемый “Государственный Совет Республики Крым”, – ред.) на самом деле там никто не уважал, никто с ним не считался. И сменить Константинова после смены премьера можно было легко! Знаю психологию крымских депутатов, это публика – обычные торгаши. Вспоминаю, когда я улетал оттуда 26 февраля поздно вечером, в каждом придорожном кафе меня ждала компашка из крымских депутатов, это были клубы по интересам. Шесть или семь таких встреч было, на каждой по 6, 7, 8 человек. Торговались: дескать, ну, хорошо, мы проголосуем за кандидатуру Киева, но останется ли наш замминистра ЖКХ, да? И так далее. Я говорю: “Ребята, давайте так, у премьера будет министр финансов, министр правительства, всех остальных будете предлагать вы, но у премьера остается право вето по профессиональному признаку”. Были отдельные выкрики: “А вот чтоб татар не было в правительстве!” Я говорю: “Не получится. Есть 13% населения”. Это были торги, и их нужно было втягивать в эти торги. И помимо всего прочего нужно было демонстрировать волю к сопротивлению.

– Но помогла бы смена гражданской власти, когда за дело на полуострове взялись российские военные?

– Было понятно, на кого менять руководство милиции, абсолютно была понятна кандидатура – я Турчинову показал одного полковника, бравого, мужика серьезного…

–​​​​​​​ А фамилия у полковника какая?

– Ну вы хотите, чтоб за человеком пришли из ФСБ?

–​​​​​​​ А он на полуострове остался?

 Ну, а куда ему деваться? Живет, как гражданское лицо. Давайте дальше пойдем. Во Внутренних Войсках хотя бы принцип комплектования был более-менее – половина людей была с материка (хотя они были в сложном психологическом состоянии после Майдана, но это другие аспекты, с ними можно было работать). Ну и дальше уже на месте нужно решать. Ведь для тех же военных одно дело, когда украинская власть за 800 километров в Киеве, и совсем другое дело, когда она была бы в Крыму – тогда они совершенно иначе вели бы себя, может быть, приказы и уставы исполнялись бы.

Источник

Натисніть на стрілку що б перейти до наступної сторінки